С точки зрения массовой психологии и гуманизма, эмпатия – безусловное благо, ведь тот, кто не способен почувствовать другого – холодный, черствый, почти бесчеловечный. Однако и у эмпатии есть свои пределы, за которыми она перестает помогать и начинает вредить. В новой статье Академии социальных технологий расскажем, почему это происходит, и как быть эмпатичным, не вредя ни себе, ни людям.

Тёмная сторона сопереживания

Казалось бы, эмпатия делает человека только лучше! Но согласитесь, что знание слабостей вашего визави позволяет сделать ему особенно больно. Так что эмпатия еще и инструмент манипуляции, ведь вы видите изнанку человека и знаете, на что нажать.

Французский философ Мишель Фуко, среди прочего исследовавший темы власти и знания, считал, что знание о другом асимметрично:

1. Тот, кто понимает, находится в позиции силы.
2. Тот, кого понимают, – в позиции подчинения.

Как видим, даже у эмпатии, как ключа доступа к внутреннему миру другого человека, есть темная сторона. Не только забота, но и контроль, который проявляется везде: в работе, отношениях, управлении и даже терапии. Осознание того, что чувствуешь другого лучше, чем он себя, становится мощным инструментом власти. Сама по себе она не делает нас хорошими, она делает нас эффективными, помогая достигать поставленных целей.

Эмпатия как прожектор: освещает одного, слепит к остальным

Когда включен прожектор, он светит в одну точку, оставляя остальное в темноте. Эмпатия устроена аналогичным образом – один человек в луче света, остальные – в тени. Так уже устроено наше внимание.

Эту тему иллюстрирует исследование психолога Пола Словика, в котором одной группе участников показывали историю девочки из Мали – ее имя, фотографию, подробности из жизни, – нуждающейся в операции. Второй группе сообщали сухую статистику – общую по всем детям. В результате первая группа жертвовала в два раза больше. Примечательно, что, когда история девочки из Мали подавалась в контексте общей статистики, демонстрируя, что это не единичный случай, объем пожертвований падал. Контекст перетягивал свет прожектора и размывал фокус.

Сочувствие ближнему в ущерб дальним

Эмпатия четко привязана к расстоянию – чем ближе человек, тем сильнее отклик. И наоборот. Устроено это следующим образом: сочувствие к ближнему – это не выбор, а рефлекс; сочувствие к дальнему требует работы. Кроме того, эмпатия по отношению к, например, родственникам, которые живут в других городах, требует подключения особого отдела мозга, отвечающего за медленную, расчетливую и рациональную реакцию.

Здесь же важно поднять тему деления на своих и чужих. Эволюция диктовала свои требования: помощь своим – обязательное условие для выживания, а чужие – источники угрозы. Из этого следует, что чувствовать надо своих, а к чужим относиться с подозрительностью.

Кстати, окситоцин и тут играет свою роль – этот «гормон любви» усиливает доверие к своим и одновременно с этим – настороженность к чужим. Так он делает вас преданнее группе и подозрительнее к тем, кто вне ее.

Эмоциональное заражение истощает

«Я понимаю, что ты чувствуешь» – эмпатия, «я чувствую то же самое» – заражение (автоматическая имитация, синхронизация выражений, движений и поз с другим человеком). Если первое можно контролировать, то второе – автоматическая реакция.

Виной тому зеркальные нейроны – клетки, которые активируются и когда мы выполняем действия, и когда наблюдаем его у другого. Примечательно, что это касается как движений, так и эмоций.

Проблема начинается, когда человек заражается постоянно – постоянно носит в себе чужие эмоции и теряет собственное состояние, переставая отличать свои чувства от чужих. Это-то и истощает, так как тело воспринимает чужую угрозу как свою. Любопытно, что в этот момент человек и неспособен помочь другому – ему и самому плохо, и все силы уходят на то, чтобы вынести заражение.

Решения «по жалости» бьют по справедливости

Решения, принимаемые из жалости, избирательны – выбирая одного, вы забываете остальных. Из этого следует, что справедливость, хотя она и может быть холодной, защищает всех – и того, кто столкнулся с проблемами сегодня, и того, кто только встретит их завтра.

Открывает глаза на эту проблему эксперимент, предложенный философом Джоном Ролзом, который можно выполнить прямо сейчас. Чтобы оценить справедливость того или иного действия, правила или суждения, уберите оценочные характеристики (здоровый/больной, богатый/бедный, красивый/некрасивый, талантливый/бездарный). Если даже с этой «вуалью незнания», как называл ее Джон Ролз, что-то кажется справедливым – значит, так оно и есть. Жалость не проходит такой тест, так как всегда идентифицирует человека.

Как сочувствовать разумно

Научиться сочувствовать разумно поможет способность различать два вида эмпатии:

1. Аффективная эмпатия – переживание чужой боли как собственной. Поддаваясь такой эмпатии, человек испытывает страдание и истощается.
2. Когнитивная эмпатия – понимание того, что чувствует человек, не заражаясь при этом его состоянием. Это сопереживание позволяет оказывать человеку необходимую помощь.

Важно научиться замечать момент, когда вы погружаетесь в слепые переживания, и помогаеть другим не во вред себе. Во втором разделе статьи разберёмся, как этого достичь.

Сострадание вместо слияния

Обманчиво, но слияние воспринимается в качестве высшей формы близости и звучит как любовь. Но сливаясь, человек теряет и себя, и способность помогать.

Первое, что требуется признать: невозможно помогать, не имея точки опоры. Так же как и нельзя помогать утопающему, если прыгаешь в воду и тоже начинаешь тонуть.

Сострадание без слияния признает боль – человек находится в контакте со своим близким, присутствует в его жизни и действует.

Если кто-то из ваших окружающих столкнулся с проблемами, спросите себя: «Я помогаю или я страдаю?». Как мы уже выяснили, эти два действия взаимоисключают друг друга.

Учитывать невидимых, а не только близких

Истинная мораль начинается, когда человек сознательно расширяет свой круг эмпатии: сначала – самые близкие и семья, потом – коллеги, товарищи и знакомые, затем – все общество, вся нация, наконец – все люди и человечество. Безусловно, каждый этот шаг дается тяжело – он касается тех, кто непохож на тебя, кто не живет рядом, кто не говорит на твоем языке. Мораль требует работы, ведь она не только распространяется на своих, но и заключается в способности видеть других.

Философ Томас Нагель называл это выходом за пределы собственной перспективы – взглядом из ниоткуда, позволяющим защитить тех, кого мы не видим.

Кажется, что эти размышления слишком далеки от практики. Но подумайте о следующих поколениях, например: они не могут повлиять на наши решения – не голосуют, не протестуют и даже не вызывают эмпатии, но решения сегодняшнего дня определят их жизнь.

Правда заключается в том, что внимание всегда неравно, и мораль воспроизводит эту справедливость.

Выход из этой дилеммы предлагает Иммануил Кант и его категорический императив – поступай так, чтобы твое правило могло стать всеобщим законом. Речь идет не о том, чтобы вести себя так, как вы чувствуете по отношению к конкретному человеку, а о том, чтобы представлять последствия, если так поступят со всеми. Это защита от невидимых, она не зависит от тех людей, которые находятся перед вами.

Границы эмпатии против выгорания

Эмпатия без рамок превращает человека в спасателя, который не разделяет ответственности, времени и ролей. Со временем страдания, вызванные переживанием боли других людей, становятся хроническими и вызывают отчуждение собственных чувств.

Интересно, что для этого даже есть специальный термин «усталость от сострадания». Предложил его психолог, исследователь травматического стресса Чарльз Фигли. Такая усталость заключается в потере способности к эмпатии вообще, которая возникает в результате длительного контакта со страданием.

Выход – отстраненная забота: внимание, но не слияние; сочувствие, но не потеря себя. Эта граница позволяет быть рядом и действовать.

Для лучшего понимания темы введем также понятия эмпатической заботы и личного дистресса. Если первое направлено на другого и включает желание облегчить его боль, то второе – замкнуто на себе.

Чтобы заботиться, но не погружаться в дистресс:

1. Помогайте, но не спасайте.
2. Устанавливайте для себя периоды помощи и периоды, в которые будете восстанавливаться.
3. Делайте себе установку – я сочувствую, но не обязан чувствовать то же самое.
4. Принимайте на себя ответственность – я отвечаю за свои действия, но не за выбор другого.

Разум и сочувствие в паре

Разум и сочувствие принято противопоставлять, но они не работают друг без друга. Так выглядит практическая мудрость, требующая и ума, и сердца, в результате заключающаяся в способности видеть ситуацию целиком и действовать правильно здесь и сейчас. Ум без сердца делает человека жестоким, сердце без ума делает его слепым.

Мы предлагаем не выбирать между холодным расчетом и теплым порывом, а использовать обе стратегии:

• Спросите себя: «Что я чувствую?», чтобы собрать данные о ситуации.
• Спросите себя: «Что я думаю?», чтобы собрать данные о последствиях.